Администрация БЦ
(812) 648-35-00
Отдел аренды
(812) 648-35-03
История
Преображенского полка последний командир

Тяжелая судьба

Похищенный 26 января 1930 года в Париже среди бела дня агентами Советского правительства, он пал искупительной жертвой за всех праздноболтающих, бранный дух свой разменявших на бранные слова. Необыкновенен был и весь жизненный путь его, так трагически оборвавшийся. Необыкновенен и прост, как необыкновенна и проста жизнь солдата.

Кутепова знают теперь все. Но многие ли из этих всех подумали о том, какое значение имели для него годы его службы в полку. Где все подчинено вековым традициям нелицеприятия и чести, где весь уклад жизни способствует развитию в человеке чувства ответственности и долга в его высшем напряжении — восторженной готовности безропотно и просто умереть за Отечество во славу родного полка, — для всех тех будет понятно значение полка в выявлении и раскрытии личности Кутепова. Обычная, нормальная обстановка не способствует полному выявлению человеком всех присущих ему качеств и свойств. Лишь под влиянием событий и положений чрезвычайных, во время которых условности и инерция повседневного уклада перестают играть свою обезличивающую роль, лишь тогда дано личности показать полную меру доступного ей — как в добре, так и во зле. Предельной высотой взлета или низостью падения человека в такие моменты определяется его истинная ценность, его духовный и нравственный масштаб. Этим масштабом и определяется сила влияния человека на его окружающих...

Резкий в суждениях В.Н. Баранов (Георгиевский кавалер, убит 20 августа 1915 г.), считавший, что раз он командует Государевой ротой и носит на плечах Царские вензеля, то, следовательно, он не имеет права ложиться при перебежках...

Всегда элегантный и спокойный граф К.Н. Литке (Георгиевский кавалер, убит 31 августа 1915 г.), своим слегка заикающимся голосом любивший повторять — прежде всего, гааспада, du bon sens encore du bon sens et toujours du bon sens- и снобировавший смерть даже тогда, когда она за ним пришла...

А. А. Чернявский (смертельно ранен 20 августа 1914 г.), в предсмертном бреду напевавший слова полкового марша...

Глубокой военной эрудиции герцог Н. В. Лейхтенбергский (Георгиевский кавалер, скончался в эмиграции), верхом поведший в контратаку свой 12-й стрелковый Туркестанский полк...

Хозяйственный и хлопотливый Н. Н. Квашнин-Самарин (кавалер Георгиевского оружия, скончался в эмиграции), тип московского сырого боярина, приказывавший во время наступления вести себя под руки, чтобы, Боже сохрани, не оступиться и не отстать — он был слабоват ногами.

В полку Кутепов выдвинулся сразу. И выдвинулся, несмотря на чрезвычайное богатство полка яркими, самобытными характерами и во всех отношениях выдающимися офицерами. Его исключительное знание службы в среде, гордившейся с ревнивым самолюбием этим знанием службы, и где, тем не менее, авторитет Кутепова в этой области установился непререкаемо.

Личные качества бойца

Служебная отчетливость Кутепова, отмеченная его переводом в учебную команду, породила ряд легенд. Одна из них, основанная на истинном происшествии, нашла себе впоследствии даже некоторое письменное выражение.

В 1916 году покойным ныне Вячеславом Вуичем и мной от окопной скуки стал издаваться рукописный журнал на дружеские злобы дня. В этом журнале появился следующий, в подражание Кузьмы Пруткова, рассказ, посвященный Кутепову:" Военачальникова находчивость".

Военачальник некий, отменной храбростью и находчивостью в делах противу неприятеля неоднократно отличившийся, таковые свои качества и в обстановке штильштанда не преминул проявить.

На ассамблее находясь, девицу некую нрава приветливого, Феодорой Ивановной именуемую, на вальс пригласивши, оной девице столь великое кружение головы учинил, что не в силах будучи на ногах сдержаться, девица сия вовсе к нему припала и отдыха для к креслу подвести себя просила.

Таковой слабостью, однако, не смущенный военачальник строго приказал — выше голову, тверже ногу — каковыми словами девицу подбодривши, конфуза и нареканий счастливо избежал".

Шутка остается шуткой, но нельзя забывать, что кутеповской отчетливости, требовательности и знанию устава полк в значительной степени обязан тем несравненным унтер-офицерским кадром, который, составив костяк полка, способствовал его славе во время войны и замедлил его разложение в дни общего развала.

Отношение солдат к Кутепову выявилось в полной мере в те дни, когда были парализованы в стране все сдерживающие начала. На место благороднейшего А.А. Дрентельна, уволенного Гучковым за его близость к Государю, был к общей нашей радости назначен командиром полка А.П. Кутепов. И хотя, всего лишь за несколько недель перед этим он, в бытность в отпуску в Петербурге, во главе небольшого отряда оказал вооруженное сопротивление взбунтовавшейся черни, назначение Кутепова было принято революционной солдатской массой не только спокойно, но и с известным удовлетворением. Мы требовали снятия этого вопроса с обсуждения, угрожая в противном случае выйти из комитета и заявив о полной солидарности всего офицерского состава полка с его командиром.